Логотип
Логотип

Вход

Вина юридического лица. Проблемы применения

Поскольку в России никогда не существовало уголовной ответственности для юридических лиц, в доктрине не было разработано полноценной теории вины юридического лица для целей привлечения к публично-правовой ответственности. Соответственно, когда в начале 90-х годов появилась практическая потребность и стали появляться законодательные акты, устанавливающие административную ответственность юридических лиц, возник вопрос о том, как следует конструировать их вину.

I этап – ответственность без вины, т.к. для юридических лица вина вообще не характерна: пример – наступление для них ответственности во всех случаях, кроме действия непреодолимой силы – ст.231 Таможенного кодекса РФ от 18.06.1993.

Первая мысль, которая пришла на ум законодателю заключалась в том,

что для юридических лиц вообще не должно существовать никакой вины – ответственность ЮЛ должна наступать во всех случаях кроме ситуаций действия непреодолимой силы, когда явно не может быть поставлено в вину юридическому лицу совершение противоправных действий, поскольку ситуация была полностью неподконтрольна юридическому лицу. Такая позиция была отражена в Таможенном кодексе 1993 г. и просуществовала в таможенном законодательстве достаточно долго.

По сути дела то, что касается этой ответственности, если о распределении бремени доказывания, презумпции невиновности Конституционный суд что-то писал применительно к юридическим лицам, то в отношении того, что требуется вина, у КС РФ ни в одном решении сказано не было.

Но законодатель тем не менее стал постепенно двигаться в сторону необходимости учитывать какие-то обстоятельства, связанные с виновностью, с тем, насколько юридическое лицо стремилось к противоправному поведению или сознательно допускало противоправные последствия.

II этап – вина юридического лица – это вина его работников, представляющих юридическое лицо в конкретном правоотношении: статья 110 Налогового кодекса РФ (ч.I, 1998 год).

Следующим шагом после таможенного кодекса стало принятие НК РФ – в ст. 110 было установлено, что вина ЮЛ определяется через вину его работника. Причем в этом отношении налоговое законодательство вроде как неявно отсылало к гражданскому законодательству, в том смысле, что действия ЮЛ совершаются его работниками, а соответственно, отношение работников к тому, что они делают, и есть отношение ЮЛ к совершаемым действиям. В этом отношении небрежность работников фактически становится небрежностью организации в целом. Такая позиция явно отличалась от общей позиции гражданского законодательства именно в отношении ответственности, потому что оно все таки различает субъектов ответственности и считает юридическое лицо самостоятельным субъектом, устанавливает самостоятельную конструкцию вины для юридического лица.

III этап – заимствование категории «объективной вины» из ст. 401 ГК

При разработке КоАП подход налогового законодательства был расценен как неприемлемый. Наверное, в каком-то смысле двигаясь по пути постоянного ужесточения ответственности законодатель посчитал необходимым перейти на качественно новый уровень и если налоговое законодательство ограничивает публично-правовую ответственность ответственностью только самого налогоплательщика, т. е. юридического лица, то в КоАП, уже в самом первом проекте, было заложена самостоятельное, параллельное, независимое привлечение к ответственности работника ЮЛ, должностного лица ЮЛ и самого юридического лица – за одно и то же деяние нужно было привлечь сразу 3 субъектов. Естественно, в этом случае определять вину одного субъекта через вину другого стало невозможно.

В итоге в первом проекте КоАП, который был принят ГД ФС РФ,

одобрен СФ ФС РФ, но не прошел подписание президентом, понятия вины юридического лица вообще не было. Законодатель это оставил на умолчание, предполагая, что этот пробел будут ликвидировать уже непосредственно правоприменители. С такой позицией категорически не согласился Президент и вето, которое было направлено в ГД ФС РФ после неодобрения первого варианта КоАП, указывало и на то, что проект не определяет вину юридического лица.

Соответственно, при доработке проекта в ГД ФС РФ учли замечания президента и придумали ответственность юридического лица на основании вины, сконструировав это понятие и включив его в ст. 2.1 КоАП. Даже по структуре видно, что это более позднее положение, добавленное после разработки КоАП. Его добавили в статью, где идет речь о понятии правонарушения (довольно странное место). Самое главное, что конструкцию использовали ту, которая сильно напоминает конструкцию из ст. 401 ГК РФ

Ст. 401 ГК устанавливает условие гражданско-правовой ответственности, в т. ч. ответственности за неисполнение обязательств и, соответственно, в гражданском законодательстве несмотря на то, что действия юридического лица есть действия его работников, вина юридического лица определяется отдельно от вины его работников. Поскольку это единственное место в законодательстве, где было сконструировано понятие вины юридического лица, законодатель не счел для себя невозможным воспользоваться конструкцией частноправовой. Только он несколько ее ухудшил – ужесточил условия и явно ухудшил положение юридического лица, привлекаемого к ответственности.

ст. 401 ГК: Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.  вполне понятно и определенно – где границы вины. Это так называемая конструкция объективной вины. Здесь объективность складывается по следующему критерию: есть некий средний участник гражданского оборота – добросовестный, заботливый, осмотрительный. Но это именно средний участник со средней степенью всего вышеперечисленного. Соответственно, если этот средний участник гражданского оборота мог догадаться о том, какие меры следует предпринять, то он этим меры должен предпринять. Если он их не предпринял, значит он виновен в совершении правонарушения. Если он предпринял все меры, которые ему могли прийти в голову, значит все нормально и вины его нет, и даже если правонарушение состоялось, то оно лежит уже вне сферы его контроля

ст. 2.1 КоАП РФ: Юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению. Здесь уже отсутствуют «характер обязательства и условия оборота», отсутствует стоящее за конструкцией объективной вины представление о неком среднем участнике. Здесь уже речь идет об объективной возможности - в ст. 401 говорится об объективной вине, но она все равно сводится к усмотрению какого-то конкретного физического лица. Когда же КоАП формулирует так, что достаточна любая возможность для соблюдения правил и норм, т. е. объективная возможность, и лицом не были предприняты все зависящие от него меры – не те меры, которые бы предпринял обычный добросовестный разумный участник, а любые меры.

 Норма становится совершенно безграничной, вина может быть растянута беспредельно.

Обратить внимание: Несовместимость объективной вины с презумпцией невиновности. В ГК говорится о признании лица невиновным, а в КоАП – о признании лица виновным. Это связано с общими принципами привлечения к ответственности. Гражданское законодательство предполагает презумпцию вины ответчика. В КоАП с одной стороны речь идет о презумпции невиновности, с другой стороны появляется «возможность для соблюдения» и «все зависящие от него меры». Главное – возможность,

она действительно может доказываться тем органом, который возбуждает производство. Но уж то, что данным лицом не были предприняты все зависящие от него меры, явно перелагает бремя доказывания (сконструировано также, как в ГК): лицо должно доказать, что предприняло все зависящие от него меры, потому что иное логически невозможно. Как орган может доказывать, что не предприняты какие-то меры? - в данном случае просто нарушается элементарная логика, здравый смысл и процессуальная аксиома о том, что отрицательные факты не подлежат доказыванию – нельзя доказать, что чего-то не было, можно доказать только то, что что-то было. Соответственно, если какие-то меры предпринимались, то можно доказать, что они предпринимались, но нельзя доказать, что они не предпринимались.

Отсюда получается, что конструкция вины юридического лица в КоАП

• сконструирована на неких объективных категориях, т. е. принципиально отличается от вины физического лица

• Фактически предполагает безграничное количество мер, которые следовало предпринять

• Перелагает бремя доказывания на само лицо, в отношении которого возбуждено производство

Соответственно в реальности результатом наличия такой формулировки стало фактически полное отсутствие на практике возможности освобождения ЮЛ от ответственности в связи с отсутствием вины с его стороны. КоАП по существу вернул ситуацию обратно к тому, что было в 1993 году в ТК РФ – фактически только доказав действие непреодолимой силы или злой умысел со стороны третьих лиц юридического лицо может доказать, что его вина в совершении правонарушения отсутствовала. Во всех остальных случаях – будет отвечать.

Типичный судебный спор относительно вины юридического лица касался ситуации, когда правонарушение совершалось работником ЮЛ и представитель юридического лица при производстве начинал доказывать, что юридическое лицо предприняло все возможные меры к тому, чтобы это предотвратить. Ну как, например, можно предотвратить правонарушение в виде неиспользования контрольно-кассовой техники при осуществлении денежных расчетов с населением, как организация в целом может предотвратить это правонарушение? – установить аппарат, обеспечить его расходными материалами, научить работника пользоваться этим аппаратом и строго-настрого его проинструктировать, чтобы он обязательно пользовался контрольно-кассовым аппаратом + наверное, это строгое принуждение может сопровождаться разными посулами, в т. ч. обещанием выгнать с работы, если будет допущено правонарушение. Но даже если юридическое лицо все это сделало, оно все равно понесет ответственность в случае, если забывчивый кассир не выдаст покупателю кассовый чек. По крайней мере так стали рассуждать суды, были отдельные решения, когда суды на том основании, что все меры были предприняты, освобождали от ответственности, а общая практика (и эта практика была поддержана ВАС РФ) стала исходить из того, что если правонарушение совершено, значит все меры по его предотвращению предприняты не были. Какие конкретные меры должны были еще предприниматься? – ну мы строго говоря не обязаны за вас думать, должны были что-то еще придумать (поставить за кассиром контроля, за ним – еще одного контролера и т. д.)  в чистом виде объективное мнение

Еще появилась такая процессуальная идея у ВАС РФ – когда юридическое лицо предпринимает какие-то меры,

это делают его конкретные должностные лица или работники. Соответственно, когда не выдан кассовый чек, ЮЛ говорит – мы все сделали как надо, но нас самих этот работник обманывает и он, имея злой умысел не только против государства, но и против своего родного работодателя, не выдает кассовые чеки. В этом отношении мы пострадали не меньше, чем публичный интерес и он виновными своими действиями причинил вред и охраняемым общественным отношениям, и нам как работодателю. На что арбитражные суды заявляют следующее – установление вины конкретных физических лиц не входит в компетенцию арбитражных судов, устанавливаются только вину организации. Соответственно, раз не были предприняты все зависящие меры, значит вина на лицо. (п. 16 Постановление Пленума ВАС РФ от 2.06.2004 №10:

арбитражный суд в судебном акте не вправе указывать на наличие или отсутствие вины должностного лица или работника в совершенном правонарушении, поскольку установление виновности названных лиц не относится к компетенции арбитражного суда)

Как можно было бы рассуждать о вине юридического лица? Что есть собственно вина юридического лица – это определенная политика фирмы. Если организация строит свою политику на том, чтобы нарушать закон и всем работникам потихоньку говорит «ну если вы видите, что покупатель мало похож на проверяющего, то вы ему кассовый чек не выдавайте», то это как раз и есть в чистом виде вина юридического лица. Если же организация наоборот стремится добросовестно осуществлять свою деятельность и всячески создает систему, предотвращающую совершение правонарушений, то признать организацию виновной нельзя. Но для того, чтобы установить политику организации, общую направленность деятельности, нужно проводить довольно объемные расследования, опрашивать много свидетелей, в конце концов совершать много процессуальных действий и вообще немножко думать. А когда для административных органов стоит задача привлечь к ответственности как можно больше юридических лиц и реализовать ответственность как можно быстрее, потому что вот-вот истекут два месяца срока давности привлечения к ответственности, никаких возможностей закапываться в вопросы того, имеет ли место действительно виновное поведение организации в целом, или это просто отдельный работник напортачил, особенно разбираться некогда и вообще не охота и гораздо проще привлечь к ответственности юридическое лицо. + есть очевидный экономический элемент: если штрафы для юридических лиц исчисляются сотнями тысяч и доходят до миллиона (это примерно со 100 физ лиц можно собрать), будет гораздо больше заслуг перед государством у того государственного органа, который добыл в бюджет такую внушительную сумму

Контакты info@scrpe.ru

Материл сайта для использования только в учебных целях. Размещение на сторонних сайтах запрещено без разрешения правообладателя scrpe.ru

© 2018-2022 SCRPE.RU